24 ноября 2017 года.
народная газета химкинского округа
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   
       

ТА ЗАВОДСКАЯ ПРОХОДНАЯ

8 мая 2013 года

Тяжело давалась мне эта жизнь, стипендия ученика небольшая. Я жил в Солнечногорске у родных, иногда не было денег даже на сезонку. Спасибо моему первому начальнику цеха Михаилу Соломоновичу Салит, который сумел поселить меня в общежитие. Стало немного полегче.

Когда я женился, пришлось уйти из общежития и поселиться в деревне Филино, сняв небольшую комнату за минимальную цену. Хозяева попались хорошие, своих детей у них  не было, и вся их любовь была отдана моим маленьким дочерям. Прожили мы у них до весны 1957-го года. Потом завод выделил нам комнату 22 квадратных метра в бараке № 34. Росли дочери, детского сада нет, и жена до 6 лет находилась с детьми. Они уезжали к маме в деревню. На чистом воздухе пили молоко, сливки, ели творог — у тёщи была своя корова. Потом жена тоже пришла на завод в мой цех.

Постепенно стали покупать кое-какие вещи. Сразу купили телевизор "Рекорд", шкаф. Те годы, которые мы прожили в бараке, по-моему, были золотые годы нашей жизни, и я ни с чем их не сравню. В то время мы были все равны, у всех денег было немного. Среди жителей барака никто не выделялся. Дорогих ковров на стенах не было, да и в то время они были не нужны. Запасов впрок никто не делал. В магазине всё было: икра чёрная и красная, которую мы покупали к празднику, огурцы некрупные по 10 копеек, крупные — по 5. На 60 копеек можно было купить целое ведро огурцов, а рассол наливали бесплатно. Помидоры солёные, кажется, по 3 или 4 копейки. Вот и сравните теперешние цены.

Рядом с нашим бараком была продовольственная база. Вечером  даём дочерям 30 копеек, и они несут пару батонов, горячих, ароматных и несколько копеек сдачи. Еду готовили и на печке, и на двух керосинках, как все. Печь топили углём антрацитом, который "заимствовали" на железной дороге. Нас, конечно, гоняли, но мы, как солдаты, где перебежками, где по-пластунски подбирались к куче угля. Сходишь 3-4 раза с мешком, и хватает печь топить 2 недели. А дрова, которые нам выписывали, были плохие. Мы их пилили и складывали, шли они  только на растопку. На праздники жители барака вечером собирались у меня, благо площадь позволяла. Приносили все, кто что мог. Пели песни, плясали, благо гармонист был свой. За всё время, прожитое в бараке, я не припомню ни одной драки или скандала среди жителей барака. Иногда играли в домино до глубокой ночи. Ни хулиганства, ни воровства не было. Дети ходили в школу № 5, никто их не провожал и не встречал.

60-е годы. После ряда побед в космосе к нам в Химки приезжает Никита Сергеевич Хрущёв. Он поздравил всех с успехами в освоении космоса. Выступил и наш В. П. Глушко. Хрущёв похлопал его по плечу, сказав: "Вы такой молодой. Родина ждёт от Вас новых побед в космосе!" Затем был приём у Главного. Что там говорили, мы не знали, но вроде В. П. Глушко сказал Хрущёву: "Да, успехи достигнуты всем коллективом завода, а вот посмотрите, в каких условиях живут наши рабочие. Они живут в бараках. Вы это видели, приезжая на завод".  Никита Сергеевич дал указание  «Мосстрою» возвести 12 пятиэтажек, и работа закипела. Через неполные 3 года Грабаровский посёлок перестал существовать, а все труженики получили квартиры.

Но прежде чем получить ключи, надо было отработать энное количество часов в помощь УКСу, потому что отделку квартир производил он. За свою двухкомнатную нам с женой пришлось отработать 2400 часов. Кто-то перешёл в УКС, чтобы отработать жильё побыстрее. Начальником цеха был задушевный человек Виктор Савельевич Копит. Меня он из цеха не отпустил, а вот жену временно перевели в УКС. Она стала подсобницей каменщика, и не какого-нибудь, а большого специалиста Шуваева. Работа ей нравилась, да и зарплата была больше, чем в цехе. В то время УКС строил большие складские комплексы внутри завода, не надо было куда-то ехать. А я ей помогал, когда работал во 2-ю смену, поспав немного. Так мы и отработали часы за квартиру. Жена понравилась, как подсобница, и её просили остаться работать в УКСе, но мы не хотели подводить начальника цеха, и она вновь вернулась в цех.

В конце декабря 1963 года я получил ключи от квартиры. Первое впечатление: громадная, светлая, тихий район. Чем же мы будем заполнять комнаты? Заработок стабильный. Купили мебель. Всё хорошо, но вот весёлой жизни, как в бараке нет. Не стали собираться вместе, закрылись за дверями в своих квартирах, как в норах, и соседи бывшие стали чужими. Встречались в подъездах, когда шли на работу, у машины, которая приезжала утром за мусором, да на похоронах, потому что все жильцы из барака были переселены в один дом № 5А.

Но вот уже и 1968 год. По рекомендации Володи Лошкарёва попробовал работать в соседнем цехе старшим мастером. Это время освоения изделия под "Буран". Эти два года были сущим кошмаром в моей жизни. Начальником цеха в то время был Александр Григорьевич Наумов. Это маленький "Наполеон", грубый, невоспитанный, нетактичный. У него не было слова "нельзя", было одно: "нужно". Пишу заявление и ухожу в свой родной цех автоматики. Я не мог терпеть несправедливость от кого-либо, да и сейчас не могу. После ухода мы с ним много раз встречались, он знал о моих успехах, мы хорошо разговаривали, но горький осадок  остался. Его давно нет в живых. Когда я поработал мастером в другом цехе, увидел большую разницу между коллегами по ремеслу. Если у нас в цехе автоматики все помогали друг другу, кто-то советом, кто-то оснасткой и все стремились сделать так, чтобы та или иная деталь быстрее вышла со станка, то в том цехе было наоборот. Делает какую-то деталь токарь, и если эту деталь передадут кому-либо другому, то он свою оснастку или резцы не даст никому. Вот такой подход к общему делу.

Начало 70-х годов. По-прежнему точу детали, и масса всевозможных нагрузок как по партийной линии, так и по профсоюзной. Моя фотография не сходит с доски Почёта. За достижения высоких производственных показателей и за большую общественную работу я был награждён орденом "Трудового Красного Знамени", а через несколько лет мне было присвоено звание "Заслуженного работника КБ "Энергомаш" с вручением именных часов. Они и сейчас напоминают мне о том времени, когда мы были нужны. Сейчас о нас никто не вспоминает. Я не помню ни одного случая, чтобы заслуженных работников собирали. Даже председатель Совета ветеранов КБ "Энергомаш" не знает, сколько таких на учёте. Конечно, обидно.

Ещё о наших непосредственных начальниках-мастерах. Многие вышли из рабочих и на новом месте не потерялись. Я много лет работал с замечательным человеком мастером Николаем Степановичем Строковым. Он сам вышел из рабочих, знал хорошо токарное и слесарное дело. Если человек хорошо работает и не нарушает дисциплину,  он никогда не останется без зарплаты. Наша группа не раз занимала призовые места по заводу и по цеху. Всей группой мы были на разных мероприятиях: это и поездка в подшефный колхоз, и рыбалка, и в лес за грибами. Выезжали семьями. Несколько раз ездили на футбольные матчи в Лужники. Недавно Строков умер, но светлая память о нём сохранится в наших сердцах.

Заканчивал я свой трудовой путь с другим молодым мастером Юлием Авдюшиным. Простой выдержанный человек, он никогда не повышал голос, даже если кто-то допустил небольшое отступление в работе. Изделие мы завершили, и оно сейчас стоит на защите Родины.

В мае 1989 года я ушёл на заслуженный отдых, но отдыхать долго не пришлось.  Случай "занёс" меня на улицу Чапаева в дом 3 в Управление социальной защиты населения, где в то время руководителем была Светлана Петровна Мельникова, строгий, но доброжелательный человек. Шёл я к ней на неделю, а проработал в Управлении 15 лет до 2008 года на разных должностях.

В заключение хочу поблагодарить коллектив газеты "Вперёд" за возможность опубликовать мои воспоминания про то далёкое трудное время моего военного поколения — поколения детей войны.

П. РАТНИКОВ,

ветеран  Великой Отечественной войны.

Комментарии (0)