15 мая 2019 года.
народная газета химкинского округа
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

ЭТО БЫЛО ДАВНО

6 января 2015 года

В начале девяностых распрощалась я со своей "постылой избушкой". До сих пор остаётся для меня загадкой: из каких соображений её поставили у кромки болота? И стала она колыбелью нескольких поколений "болотных людей". Судя по признакам её старческого одряхления, продержалась она на трясине не менее века. Видимо, есть в ней тайная притягательная сила, что я позарилась на дом, утонувший в пышных сугробах, скрывших замёрзшую водную гладь. Уже весной, приехав туда, поняла, что отныне число водоплавающих пополнится человеческой особой в моём лице.

Но наша деревенская эпопея быстро закончилась, остались воспоминания о прожитых днях. Чего стоит колоритная фигура Шуры по прозвищу "Ваня - бубен"… Её характер соткан из многогранных, подчас взаимоисключающих черт: музыкальная одарённость, широкая натура, природная сила, ловкость и дружба с "зелёным змием" с вытекающими из-за этого последствиями. Работа спорилась в её сильных руках. Для меня, горожанки, не обладающей выносливостью, сноровкой к труду "поселянки", она стала добровольной помощницей. От финансового вознаграждения отказывалась:

— С тебя денег не возьму. Мне бы "чекушку" с устатку. Баян в её руках то печалился, а то будоражил тишину улицы перезвоном радостных мелодий. Её голос, подаренный Всевышним, разливался свободно, наполняясь силой, восхищая красотой тембра: "У Муромской дорожки стояли три сосны…". Но навсегда умолк баян, и больше не споёт песню деревенский "соловей" Шура. Одолел её "зелёный змий".

И вот спустя пять лет представилась мне возможность навестить эти места. Моя соседка, в своё время сосватавшая дом, пригласила в гости, благо жила в соседней деревне.

Путь неблизкий, доехали уже ночью. Пока её сын и внук выгружали мешки с комбикормом, я огляделась по сторонам. Порадовалась, что есть деловые успешные люди. Купила она "развалюху", а сейчас стены добротного дома сияют свежей зеленью краски, а наличники окон, как цветущие подсолнухи. Две гладкие овчарки, переполненные чувством радости по случаю возвращения хозяйки, следуют за ней по пятам.

Из сарая периодически доносится приглушённое хрюканье, на насесте видят сны дородные хохлатки, индюшки — в другом углу сарая. За домом обширная усадьба рядом с лесом.

— Я вам в пристройке постелила, здесь не в городе: сладко спится.

Рано утром распахнула окно: лицо овеяло душистой прохладой. Усталости после дороги как не бывало. Завтрак с солёными грибочками, возлегающими на листьях смородины и веточках укропа и прочей зелени, источающей пряный аромат, да ещё забытый вкус рассыпчатой картошки — весомый аргумент в пользу деревенской жизни.

— Сейчас я по грядкам пробегусь, а потом сходим за земляникой. Хороша с парным молоком!

Я "увязалась" с Полиной на огород. В очередной раз восхитилась её старанию и умению: растения ухожены, земля щедро плодоносит. Нарвали огурцов в пупырышках, редиски, укропа, налитых соком перцев, лука.

— Будем окрошку есть. У меня и сметана поспела. Раньше совхозное молоко шофёр Борис привозил. У нас с ним был свой "бартер". Совхоз развалился. Работы нет. Перебиваются, кто как может. Пить стали больше, наверно, от безделья и безысходности. Автобусы не ходят, так что связи с райцентром нет.

Думаю в Химки возвращаться, хоть и жалко трудов своих, да и дом за хорошую цену не продашь. Свиней больше держать не буду. В соседней деревне недавно приехали ночью на машинах, залезли в сарай, свиней, овец зарезали - и след простыл. Дед с бабкой со страху чуть не умерли. Слышали шум и возню — побоялись выйти. А я одна в доме… Вы в вашей деревне многих не досчитаетесь, как стариков, так и тех, кто помоложе — Господь прибрал.

Дома дачники покупают, всё больше из Мурома, удобно: недалеко отсюда. Какой раньше совхоз был! Куда что подевалось? И что ждёт эти места?

Шуру жалко, по-своему люди её жалели, прощали слабость (сами не без греха). Играла — заслушаешься, от "чекушки" погибла.

— Я сегодня хочу съездить в деревню. Схожу на погост, навещу её могилу.

— Илюша после обеда вас отвезёт. Потом он дальше поедет, в "Крутое". Там сестра моя живёт, еле ползает, хорошо, соседи помогают. А ведь одна троих детей вырастила, и никому до неё дела нет. Правда, остались сын и дочка, в Муроме живут. Старший, Васька, удавился "по пьяни".

После обеда отправилась с Ильёй в путешествие.

— Хотите, я вместе с вами схожу, а потом дальше поедем.

— Нет, поезжай, мне надо узнать, где её могила.

— Тогда часа через два встречаемся на этом месте.

Медленно иду по улице. Она как будто вымерла, никто не встретился на пути. Вот и пруд. От моей избушки и следа не осталось. Постучала в окошко соседнего дома. Раздвинулись занавески, увидела незнакомое лицо.

— Нюру можно?

— Её нет, умерла. А вы кто будете?

— Мой дом рядом с вашим стоял. Хочу узнать, как погост найти, побывать у могилы Шуры Тихоновой.

— Так она рядом с мамой. Я схожу с вами, заодно и маму навещу.

По дороге Люда ввела меня в курс прошедших пяти лет деревенской жизни. Я знала, что Нюра всю жизнь проработала дояркой. Рано овдовев, вырастила четырёх детей, все разъехались.

— У неё в момент сердце отказало. Всё говорила: только бы не залежаться. Вот мы и подошли.

Я смотрю на зелёный неровный холмик. На нём жёлтые сердечки ромашек в белых лепестках, буйное разнотравье. Деревянный уже потрескавшийся крест, фамилия, с трудом читаемая.

Люда перекрестилась.

— На Пасху кладу на её могилку крашеные яички, конфеты, семечек насыплю. Пусть птички поклюют, помянут. Её брат уехал во Владимир, дом продал. Приезжает редко.

Я возвращалась с погоста с тяжёлым сердцем: почему талантливому беззлобному человеку выпала такая короткая жизнь? Помню, в минуты протрезвления она говорила:

— Живу не своей жизнью. Я себя потеряла. Никому не нужна. Веришь, во мне звучит музыка, я её слышу. Потом озвучиваю всё на баяне — людям нравится. Может, не совсем я пропащий человек?

Илья ждал меня на условленном месте. Ехали молча, каждый думал о своём.

Подоспели к обеду. Хлебосольная хозяйка предложила кушанья, демонстрирующие её кулинарные способности и богатые закрома. К вечеру прогулялись по лесу, земляника таяла во рту. Любовалась ёлочками, соснами, касалась их пружинящих ветвей. Высокие берёзы, их молодая поросль, зелёное кружево кустарника как гимн неувядаемой красоте леса (только бы не вырубили).

Через день мы вернулись в Химки. Впечатления от мимолётного пребывания в тех местах не потускнели в памяти.

Так хочется, чтобы жизнь людей на этой прекрасной земле изменилась к лучшему!

М. ГРЕБЕННИКОВА.

Комментарии (0)