15 мая 2019 года.
народная газета химкинского округа
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

ЭПИЗОДЫ ВОЙНЫ В ВОЗДУХЕ И НА ЗЕМЛЕ

8 мая 2015 года

Отрывки из воспоминаний моего папы - штурмана бомбардировщика П. А. Гагарского, где он описывает драматические эпизоды войны в воздухе и на земле в 1941-1942 годы:

«Начало войны застало наш 30-й бомбардировочный полк на летнем аэродроме на юге Красноярского края. 23 июня полк вылетел в район боевых действий и уже утром 25 июня был направлен на аэродром города Могилёв. В полёте пришло радиосообщение, что немцы уже заняли Могилёв, и нас перенаправили на полевой аэродром у города Ельня.

С этого аэродрома с 26 июня наш авиаполк в течение двух месяцев каждый день производил 2-3 боевых вылета на объекты противника. При каждом вылете немцы подбивали один наш самолёт. Причины наших потерь: не хватало истребителей прикрытия, а бомбардировщики СБ, которыми был укомплектован наш полк, были достаточно уязвимы для немецких истребителей. В плоскостях СБ размещались незащищённые бензобаки, по которым немецкие истребители и стреляли в первую очередь. Самолёты загорались, а экипажам приходилось их покидать на парашютах. И мне приходилось вместе с другими членами экипажа дважды покидать на парашютах горящие самолёты. После приземления мы довольно быстро находили друг друга. Шли по лесным массивам, куда немцы не заходили. Ориентировались мы по компасу, питались незрелыми ягодами и скудным НЗ, и через 7-10 дней возвращались на аэродром.

При подходе немецких танков к Ельне наш полк был направлен на полевой аэродром у посёлка Шайковка. При подлёте выяснилось, что взлётная полоса аэродрома повреждена, но полк благополучно сел рядом, на неубранное ржаное поле. Неожиданно в небе появились 9 немецких бомбардировщиков. Укрытий на ржаном поле не было, и все разбежались в разные стороны. Наш экипаж рванулся к туннелю под железнодорожным полотном. До тоннеля осталось метров десять, но тут впереди взорвалась бомба. Взрывной волной меня отбросило в сторону метров на десять. Уже в госпитале я узнал, что в результате немецкого налёта погибли 4 человека и 3получили ранения. А вот самолёты полка практически не пострадали. В полевом госпитале я пробыл неделю: у меня было серьёзное ранение головы и сильная контузия.

К 15 октября 1941 года в полку осталось только 5 самолётов. Они были переданы другому полку, а экипажи были направлены в тыл переучиваться на новый бомбардировщик Пе-2. В июне 1942-го наш авиаполк уже на самолётах Пе-2 прибыл на полевой аэродром под Сталинградом. В разгар Сталинградской битвы ежедневно были 3-4 боевых вылета. В начале октября 1942 года нашему авиаполку было приказано уничтожить немецкую танковую колонну. Полк выполнил свою задачу, но при этом потерял пять самолётов. Наш самолёт одновременно атаковали 2 немецких истребителя, был убит стрелок-радист, загорелся правый мотор. Командир эскадрильи Левченко приказал прыгать. Я катапультировался и раскрыл парашют. Потом выше меня раскрылся парашют Левченко. Горящий самолет упал в какой-то овраг и там взорвался.

Мы приземлились в овраге с крутыми склонами, недалеко друг от друга. Моё приземление было неудачным: я вывихнул правую ногу и ушиб руку. Превозмогая боль, я пошёл искать лётчика. Он возился с левой ногой. Ранение в ногу он получил ещё в самолёте. Я перевязал бинтом из аварийной аптечки его рану, а сверху обмотал ногу куском парашюта. Другим куском стянул свою ногу.

Мы решили идти по течению речки, протекающей по дну оврага: она, наверняка, впадает в Волгу. Шли мы по воде, держась друг за друга, падали, поднимались и шли дальше. Вдали мы слышали лай собак, орудийные залпы, автоматные очереди, а в небе - шум самолётов. Мы страшно устали и останавливались через каждые пять-шесть шагов. К Волге мы вышли уже в полной темноте и свалились там от усталости.

На рассвете я перевязал рану на ноге Левченко вторым пакетом из аптечки, мы съели по шоколадке из НЗ и обсудили положение. Оно было безвыходным: здесь нас никто не найдёт, остаётся только найти бревно и переплыть Волгу. По Волге уже плыли небольшие льдины, вода была ледяная, но мы понадеялись на тёплые лётные комбинезоны и перчатки. Мне повезло: я прошёл всего полтора километра по берегу и увидел полуметровый конец бревна, торчащий из песка. Руками стал разгребать песок и через 2 часа вытащил это бревно. Я снял с комбинезона ремень и связал его с брючным - получилась трёхметровая бечева. Закрепил её на бревне и потянул его по реке к своему товарищу.

Он сидел неподвижно, замерзший. 20 минут я водил его по берегу, чтобы он разогрелся и размял ноги. Мы обвязали ремнями концы бревна. Правыми руками мы держались за ременные петли, а левыми гребли, как веслами. В движении мы не чувствовали холода, но так устали, что не смогли даже встать на ноги, когда нас вынесло на левый берег.

И опять нам повезло: к нам подбежали четыре старика. Это были колхозники, которые приехали в последний раз добирать арбузы с бахчи. Наши спасители затащили нас в зимник, сняли мокрую одежду, растёрли, переодели в сухую одежду и напоили горячим чаем. Мы заснули тревожным сном: мучили раны. Тем временем старики отправили на наш аэродром паренька на лошади. Через пять часов прибыла машина с санитарами. Левченко отправили в фронтовой госпиталь, а мне кудесник-хирург нашего госпиталя за месяц вылечил ногу, правда, потом я ещё долго хромал.

Наша авиадивизия продолжала работать с этого аэродрома до конца Сталинградской битвы, а в конце 1943 года 30-й авиаполк был расформирован ввиду малочисленности лётного состава и самолётов».

А. ГАГАРСКИЙ.

Комментарии (0)